Почему России не верят?

Помимо репортажей из Южной Осетии, где грузинские войска вроде бы покидают позиции, российские телеканалы полны возмущенных комментариев. Возмущены они реакцией западных политиков и средств массовой информации на новую кавказскую войну. Те игнорируют очевидный факт, что не Россия, а Саакашвили нарушил все договоренности и в течение суток подвергал Цхинвали варварскому обстрелу. «О том, кто выстрелил первым, можно спорить до бесконечности», — отмахивается от главного российского аргумента некий высокопоставленный представитель администрации США, проводивший брифинг для американских журналистов. На первый план выдвигается другое — непропорциональное использование Россией военной силы — прежде всего, авиаудары во всю глубину территории Грузии.

Президент США грозит, что последствия новой кавказской кампании самым серьезным образом скажутся на взаимоотношениях России с внешним миром. Примерно в том же духе высказались внешнеполитические ведомства других стран Запада, представители ЕС и НАТО. Если дипломаты стараются избегать слова «агрессия» , то на ведущих мировых телеканалах оно звучит довольно часто. Хотя бы по той причине, что львиная доля времени в передачах предоставляется Михаилу Саакашвили, который на отличном английском излагает грузинскую версию событий.

Что до родного телевидения, то оно привычно бормочет: «Клевещуть гады». И устами Михаила Леонтьева объясняет происходящее всемирным антироссийским заговором, в рамках которого Михаил Саакашвили просто выполняет задания «вашингтонского обкома». А уж отдел пропаганды этого самого «обкома», само собой, обеспечивает информационное прикрытие.

Если же не вставать на параноидальную точку зрения о всемирном заговоре, то необходимо ответить на простой вопрос. Почему в ситуации, когда Москва и Тбилиси предоставляют две прямо противоположные версии происходящего и когда аргументации и той, и другой стороны имеют очевидные изъяны, верят почему-то Грузии?

На мой взгляд, решающую роль сыграли бомбежки других районов Грузии. Логику наших генералов понять несложно – по всем правилам военной науки нужно лишить противника резервов и не дать ему пополнить запасы военной техники. Поэтому российские боевые самолеты наносят удары по военным базам и взлетно-посадочным полосам аэродромов. При этом наша авиация вовсе не грешит высокой точностью, накрывая вместо военных баз жилые кварталы. Предвидеть все это было нетрудно. Стало быть, следовало реально взвесить гипотетический военный эффект от таких бомбардировок и вполне реальный пропагандистский ущерб. Это было бы возможно только, если целью бомбежек не было устрашение грузинского населения.



Слишком широкие военные действия России породили вполне естественные вопросы о том, что является действительной целью этой операции. Хорошо, если задачи российских войск ограничиваются только «принуждением к миру» в Южной Осетии, восстановлением линии разделения сторон, как это заявлял заместитель начальника Генштаба генерал Наговицын. Но в таком случае не очень понятно, почему Москва фактически поддерживает Абхазию, которая открыла «второй фронт» против Грузии.

И, главное, чем можно объяснить то, что в телефонном разговоре с Кондолизой Райс министр иностранных дел Сергей Лавров весьма откровенно заявил, что «Михаил Саакашвили должен уйти». Очень показательно, что американцы пошли на беспрецедентный шаг, публично огласив в ходе заседания Совета безопасности ООН содержание конфиденциальных телефонных переговоров. Думаю, это означает, что никаких серьезных дел с Россией нынешняя администрация уже не собирается иметь. И хоть Лавров поспешил заявить, что его неправильно поняли, совершенно очевидно, что Москвой движет отнюдь не только желание установить прочный мир в Южной Осетии. Есть еще стойкая ненависть к режиму Саакашвили, уничтожить который вроде бы появился шанс. И Москва не может это скрыть, что и подрывает веру в ее слова.

Нельзя не видеть и того, что российские руководители игнорируют возможности донести свою точку зрения до мирового сообщества. Саакашвили действительно не сходит с американских телеэкранов. Однако, подозреваю, если бы Дмитрий Медведев решил пообщаться с иностранными журналистами, те, конечно же, откликнулись бы.

И наконец последнее и, может быть, самое главное обстоятельство. То, что весь мир считает сейчас Россию агрессором – важнейший результат всей предыдущей внешней политики. Той самой, которая еще недавно характеризовалась как успешные действия по возвращению России на международную арену. С чего вдруг в критической ситуации Москве должны доверять партнеры, которых несколько лет подряд убеждали в, мягко говоря, неадекватности кремлевских лидеров. Вспомним обещания нацелить ракеты на Польшу, Чехию и Украину, дать таким образом ответ на развертывание американской ПРО и расширение НАТО. Вспомним все эти глупости про асимметричный, но адекватный российский ответ, про полеты стратегических бомбардировщиков на Кубу, про развертывание «Искандеров» в Калиниградской области. Вспомним про историческую речь Владимира Путина в Мюнхене.

Вряд ли особое доверие к Москве должны испытывать в США, которым высокопоставленный сотрудник отечественного МИДа совсем недавно предрекал невиданный кризис и которых обещал вычеркнуть из списка партнеров. Должна ли доверять России Британия? После полониевого скандала, историй со шпионским кирпичом и фактическим закрытием Британского совета — это довольно затруднительно. Ведь каждая из этих историй сопровождалась бесконечной ложью из уст российских официальных представителей. Нынешнее дипломатическое поражение (можно только надеяться, что оно не приведет к полной дипломатической изоляции России) убедительно демонстрирует эффективность и успешность нашей внешней политики.